Арина Шарапова: «Нормальный человек не позволит себе быть однолинейным»

Телеведущая Арина Шарапова рассказала «АиФ» о сложностях работы в 1990-е годы, новых зрителях и проблемах с голосом.

Владимир Полупанов, «АиФ.ru»: Арина, слышал, что ты спишь по 3-4 часа в сутки. Неужели такое возможно?

Арина Шарапова: Перед встречей с тобой спала 3 часа. И чувствую, что не права. Главное теперь — в эфире не уснуть (смеётся). Привычка вставать в 4 утра пагубна. А бывает так, что вообще не могу заснуть. В 21:00 по Москве выхожу в эфир на Дальний Восток. Потом еду домой или остаюсь в «Останкино», сплю часик, если получается. И возвращаюсь на работу в 4:15 утра, чтобы с 5:00 до 7:00 выйти в эфир на европейскую часть.

— «Я государственник», — призналась ты много лет назад. Твои убеждения не поменялись со временем?

— Если ты выбираешь работу на государственном телевидении (а 51% акций Первого канала принадлежит государству), то осознанно работаешь на государство.

Арина Шарапова: «Я — человек земли»!

— И всё, что делает государство, принимаешь?

— Я человек с активной жизненной позицией. И, конечно, не могу одобрять всё, что происходит, начиная от коррупции и заканчивая бессистемностью в решении многих вопросов. Страна большая, проблем много. Любой нормальный человек никогда не позволит себе быть однолинейным. Поэтому сопротивляюсь и борюсь с тем, что мне не близко.

— В 2000 году ты говорила, что «на центральном телевидении немножко потеряли ощущение настоящей жизни», появился «отвратительный снобизм». Говорила, что центральное телевидение на спаде, а региональное, наоборот, на подъёме. С тех пор что-то изменилось?

— Подписываюсь под каждым словом, сказанным в 2000 году. Снобизм на центральных каналах был, есть и будет. Не всегда обоснованный, кстати.

— С чем это связано?

— С большим охватом зрителей. Слишком большая ответственность. Поэтому люди «носят маски», начинают «нести себя». Я не считаю, что это плохо. Более того, региональщики, переходя на федеральные каналы, довольно быстро «расправляют плечи» и заражаются этим снобизмом.

Продолжаю много ездить по стране и вижу, сколько там талантливых людей. Но финансовых возможностей, конечно, не так много. Золотой век закончился. Региональщикам стало сложнее с точки зрения технологий, командировок в разные уголки страны. Не хватает денег.

«Говорили гадости в спину»

— Помню, какой скандал разразился, когда с Первого канала на «Россию-1» ушёл Андрей Малахов. Ты переходила с канала на канал (ОРТ, РТР, НТВ, ТВ-6). В телесообществе это считается предательством?

— Конечно, это всегда влечёт за собой флёр негатива. В своё время была масса ужасных статей про меня, говорили всякие гадости в спину. Тут важны терпение и сила воли. Если выдерживаешь, то побеждаешь. Сейчас, конечно, не могу себе представить, что по своей воле уйду с Первого канала. Это невозможно. И для Андрея уход был очень болезненным. Но свято место пусто не бывает. У Дмитрия Борисова с программой «Пусть говорят» высокие рейтинги.

— На телеканале «Звезда» ты ведёшь программу «10 фотографий». Такие совмещения допускаются, потому что канал «Звезда» не конкурент Первому?

— У нас дружественное соглашение со «Звездой». Я, Дима Дибров, Леонид Якубович — мы параллельно работаем и на «Звезде». Счастлива, что есть возможность встречаться с удивительными людьми, которые наполняют жизнь светом. Этот формат непростой с точки зрения рейтингов, но у него есть своя аудитория.

— Это правда, что герои программы не сами приносят свои фото в студию, а их находите вы?

— Это такая тонкая работа наших редакторов — «ресёрчеров». Они находят фотографии, от которых герои падают в обморок. Магомед Толбоев чуть не расплакался, глядя на фото родного села. Вспомнил случай, как напоил медвежонка вином и они вместе уснули на берегу озера. Серьёзный человек, лётчик-испытатель, который знает все модификации самолётов, налетал столько часов на невероятных скоростях… Удивительное несоответствие профессионализма и мальчишеского озорства.

«Мне нужна была охрана»

— В 1990-е на пике телевизионной формы ты уехала работать с Лебедем в Красноярск, где тебе пришлось ходить с охраной. На тебя были покушения?

— Время было непростое. В Красноярске шли «алюминиевые войны» (борьба криминальных кланов за передел собственности в алюминиевой промышленности. — Ред.). После одного интервью в программе «Час быка» стало ясно, что мне нужна охрана. Но всё обошлось. Зато я стала звездой первых полос центральных газет (смеётся).

Арина Шарапова: про меня была масса ужасных статей, говорили всякие гадости

— А по какому поводу в середине 1990-х у «Останкино» был митинг против тебя?

— Это был 1995 год, перед выборами президента. Коммунисты страшно разозлились на меня. «Она не согласовала с нами тексты», — возмущались они. И пришли к телецентру «Останкино» с плакатами: «Там, где встретишь ложь, там Шарапову найдёшь». Очень горжусь этим. Потому что это самая высокая оценка журналистких достижений. Хайп, говоря современным языком.

— Ты сказала, что телевидение сегодня для тебя не является самым главным, ради чего ты живёшь. Это так?

— Я слукавила. Очень люблю телевидение. Но, когда у меня появляется свободное время, а таких периодов на телевидении бывает много (как у актёров: то ты востребован, то нет), я как человек деятельный нахожу себе заботы. И, конечно, в этот период немного сержусь на телевидение.

— Заботы связаны с твоей школой?

— В том числе. Лет пять мы занимались образовательными программами для детей: учили их телевизионным навыкам, актёрскому мастерству, танцам и т. д. Потом был сложный период, и мы сделали перезагрузку. Теперь продолжаем с более широкой аудиторией: работаем с онкобольными детьми, в рамках программы «Московское долголетие» готовим обучающие программы для взрослых людей на пенсии.

Одна из самых любимых программ — это «Сохраним голос молодым». Люди, которые проходят этот курс, через полгода становятся иными с точки зрения умения говорить, подавать себя, даже внешне выглядят лучше. Полгода мы учим их не только произносить правильно слова, не только всякие скороговорки и т. д. И над внешностью тоже работаем. Мы их записываем, они видят себя со стороны. В конечном итоге курс «Сохраним голос молодым» даёт такой простор жизнедеятельности внутри проекта. Наши бабушки и дедушки получают симпатичные видеодиски, на которых они могут услышать, как они разговаривают теперь и как это было раньше. Главное, что это дает эффект сильного оздоровления. Я эти занятия сама не веду, ходила на них несколько раз, невозможно было оторваться, уходить не хотелось. Это дает невероятный заряд бодрости. Раскрываются легкие, ты начинаешь иначе дышать.

Люди ходят толпами. Мы ее сами придумали. Она авторская. В результате этой программы у людей пропадают морщинки, а некоторые избавляются от болезней. «Посмотрите, — говорят люди, — мы не использовали никаких уколов, а морщины пропали». Плюс ко всему речевой аппарат развивается, кровообращение усиливается. Мозг лучше работает. Что еще нужно в этом возрасте? Чтобы хорошо думалось и хорошо говорилось.

Богиня прайм-тайма

— Ты когда-нибудь теряла голос?

— Было такое. На фестивале «Дух огня» в Ханты-Мансийске я подхватила воспаление лёгких. Не зная этого, на следующий день в Москве села вести пятичасовой предвыборный марафон в прямом эфире. И начала терять голос. Когда ко мне приходили эксперты (кажется, это были Андраник Мигранян и Георгий Сатаров), я попросила: «Пожалуйста, задавайте друг другу вопросы. Не могу говорить».

Мне вызвали скорую. В паузе ко мне подошёл врач и спросил: «Чем я могу вам помочь?» При этом он был абсолютно пьян. «Мне бы что-нибудь такое, чтобы я заговорила». «У меня есть хороший димедрол», — предложил он. Конечно, доктор был послан вместе со своим димедролом (смеется). В те времена я еще не обладала знаниями о том, что делать с голосом, как его возвращать. Сейчас-то я знаю, что певцы Большого театра в критических ситуациях вызывают фониатра. Но тогда это было невозможно, тем более что все случилось в 5-6 утра.

Некоторые певцы пьют тёплое пиво. В ситуации, когда я чувствую, что мой голос устал, пью горячее темное пиво маленькими глоточками. Это отвратительно на вкус. Но это помогает голосу. Это был совет, который я получила от баритона Большого театра. Я много говорю по роду деятельности и теперь, если теряю голос, иду к врачу, который прописывает мне нужные лекарства.

Арина Шарапова, российская телеведущая, журналист: О ситуациях, связанных с потерей голоса, и о способах решения этой проблемы.

— Читал, что сериал «Богиня прайм-тайма» снят на основе твоей биографии. Это правда, что Татьяна Устинова писала образ с тебя?

— Актриса Оля Ломоносова, сыгравшая в сериале, даже кассеты с моими эфирами смотрела: училась говорить, как Шарапова. Мне тоже было предложено сняться в роли самой себя. Но в сценарии мне много чего не понравилось, я отказалась. А потом жалела. Таня хорошо написала. Но там почти ничего нет про меня. Мы с ней по этому поводу немного повздорили и много лет не общались. Но я счастлива, что мы снова вместе. У нас прекрасная троица: Малышева, Устинова, Шарапова.

— И с Дмитрием Киселевым вы дружите?

— Мы подружились с Димой в 1995 году. И с тех пор всегда рядом. Прекрасно общаюсь со всей его семьей: супругой Машей, детьми. Можно сказать, что они растут у меня на глазах. Он мой сосед по даче в Крыму. Поэтому мы иногда вместе ходим на рыбалку, катаемся на лодках и смотрим кино. Я люблю мудрых и умных людей. Дима Киселёв такой. С ним интересно.

— А то, что он делает в своей итоговой программе, тебе нравится?

— Да, я всегда с большим вниманием смотрю все итоговые программы. И «Воскресенье» с Толстым, и программу Кисёлева. Иногда даже параллельно, по интернету. Мне важно знать, что происходит. И всегда интересны мнение и позиция этих двух журналистов.

www.aif.ru

Добавить комментарий